Club | Форум.

Замахнулся в чате на новый тайный секс-символ всех наших дам - Гарри Поттера, а мне говорят: "Иван, ты точно маньяк".
Осмелился предположить, что в книге про мальчишку-волшебника витает дух порки; очищенный, рафинированный дух классического английского образования; диккенсовской школы, но без уродств; дым несуществующего викторианского отечества, который настоящему англичанину так же сладок и приятен, для нас - дымок сказочной страны Берендеев. Отвечают: "Нормальная книга, Иван, оставь мальчика в покое. Это тебе порка везде мерещится". Как в том анекдоте: "А я всегда о НЕЙ думаю".
В самом деле. Можно ли говорить про какой-то "дух порки", если в книге на протяжении первых вышедших трех томов никого не порют?
Представим себе картинку, милую сердцу славянофила. Чистая, просторная деревенская изба с особым запахом, какой бывает только в деревянных домах, тепло от печи, связки лука на стене, кучка распаренных после субботней бани детей в полотняных одеждах, длинная лавка посреди комнаты, и розги мокнут в кадке с водой. Назовем все это: "предчувствие порки", "дух порки". Теперь уберем одну деталь - розги. Их сейчас нет. Может быть, они где-то появятся в другом месте, в другой день, но сейчас их нет. Можно ли и теперь говорить, что дух порки незримо присутствует в атмосфере этой избы, в укладе тамошней жизни, в лицах расшалившихся детишек?
Если да, то продолжим разговор.
Кадки с розгами в "Гарри Поттере" нет. За исключением нескольких незначительных эпизодов, порки, как таковой, в книге нет. "Шлеп-ой" там уж точно нет. Для тех, кто воспринимает порку, как элемент исключительно сексуальной игры, там нет ничего, и он может успокоиться.
Ну, а для тех, для кого порка - символ чего-то более значительного; намек на какие-то "правильные" отношения между людьми, не такие, как сейчас. Для кого она - ключ к разгадке чего-то важного в своей жизни?
Изложу вкратце для тех, кто не читал. В мире издавна действует нечто вроде "тайной церкви волшебников" со своими институтами, как-то: собственный транспорт, связь, банки, министерство, органы исполнения наказаний и школа, в которую, помимо собственного потомства, волшебники довольно-таки бесцеремонно забирают из "мира" и помещают учиться мистически одаренных детишек детишек с одиннадцати лет. Отвлекаясь от не очень-то оригинального сюжета, я бы рискнул определить основную идею и содержиние "Гарри Поттера", как мечту о НАСТОЯЩЕЙ английской школе. Причем, слово "настоящий" применительно к ней имеет тот смысл, который вкладывает в него ностальгирующий спанкофил. (Кстати, реальная школа с реально практикуемыми телесными наказаниями вполне может и не быть в этом понимании "настоящей". Читая в газетах, как директор интерната или детского дома заводит воспитанников к себе в кабинет и избивает их там ремнем или скакалкой, - разве мы не возмущаемся?) Важна еще принадлежность школы к тому миру, где телесные наказания привычны и естественны, как элемент жизненного уклада.
Посмотрим теперь, на какой основе выстраивает автор мир школы волшебников. Что указывает на "тематичность" этого мирка?

1. Чисто внешние признаки аристократической английской школы: форма для мальчиков и девочек, профессора в мантиях (в фильме - как раз такого покроя, который считается аттрибутом СМ-игр, наравне с белыми носочками и эсэсовской униформой); экзамены, выговоры за опоздание, сложная система начислении баллов в соревновании между факультетами.

2. Полная замкнутость и уединенность от внешнего мира (школа расположена в волшебном замке на севере Шотландии), неподконтрольность "светским властям", отсутствие контакта с родителями. Как это важно для "внутренних мечтаний" спанкофила, - кто хоть раз фантазировал на тему "необитаемый остров" или "исправительная школа в глухом лесу", тот меня поймет.

3. При этом - полная добровольность нахождения здесь. Срок обучения в школе волшебников - семь лет. Все годы вместо математики и литературы дети изучают заклинания, обращения с волшебными палочками полеты на метлах и тому подобные дисциплины. Школа дает знания, которые нигде, ни за какие деньги больше получить нельзя, причем, каждый предмет - это чья-то мечта. Не помню, чтобы кому-то еще удавалось придумать такую "школу мечты", нахождение в которой для любого нормального ребенка не просто мотивировано, а сверхмотивировано.
Да если бы мне, хилому очкарику, предложили бы в детстве поступить, скажем, в обыкновенный аэроклуб, я бы не то, что на порку согласился, а чтобы меня там раз в неделю в кипятке варили!

4. Высокая цена ошибки в обучении. Ученики работают с ингредиентами, способными превратить человека в лягушку и силами, достаточными чтобы разрушить дом и делают много вещей куда более опасных, чем, скажем вывинчивание запала из найденной ржавой гранаты. Небрежность, недобросовестность, а тем более - баловство - недопустимы. Между тем, дети остаются детьми: они любопытны, им хочется и похулиганить. Если в принципе порка с целью не допустить худшего где-нибудь легитимна, то, наверное, здесь.
Кстати, в английском варианте экранизации, слова "very strict punishment" звучат не один раз. Самое жуткое наказание - поместить на какое-то время в заколдованный лес. Является ли это некоей метафорой, обозначающей порку (или сущность порки), и проходит ли душа наказываемого через свой собственный заколдованный лес - пусть каждый решает сам, прочитав книгу или посмотрев фильм.

5. Но при этом, присутствует некое "джунглевое" начало. Да, дети остаются детьми, им весело играть со страшной взрослой силой. За спиной у мага крадут из шкафа ингридиенты для запрещенного опыта. Враждующие мальчишки устраивают дуэли на волшебных палочках. Угроза наказания не убивает в них жизнь; в школе царит не атмосфера муштры и механического подчинения, а атмосфера страшноватой игры. Даже самое суровое наказание здесь воспринималось бы в игровом контекста, как результат проигрыша. "Ах, что-то недосмотрели, но в другой раз…"

6. Уроки магов прогуливают, на них опаздывают, во время них списывают. Даже самая высокая мотивация к обучению в целом не отменяет усталость и нежелание выполнять какие-то конкретные действия. Начинающий маг должен очень ко многому принуждать себя… Или кто-то должен его принуждать, ибо тяжко все время с самим собой воевать. Рука с розгой, как вынесенная во вне часть твоей собственной воли. С твоего общего согласия, она заставляет тебя делать то, что тебе ну, очень неохота делать сейчас, конкретно. Но надо.

7. Нежное, почти родительское отношение профессоров к начинающим волшебникам, нешуточная тревога за них, иногда (по сюжету) - реальная внешняя опасность.

Таким образом, порка, которая не показана прямо, была бы в этой школе предельно "конвенциальна" и легитимна. Причем, "предельно" - не эпитет: многие признаки "конвенциальности" и легитимности даны здесь именно в предельном значении, как в математике.
И все это рисуется ненавязчиво, легкими красками, не так нудно и "по клеточкам", как я здесь изобразил.
И последнее: о "незначительных" эпизодах, о которых я говорил в начале. В первом томе порка не упоминается вообще, даже слово не использовано ни разу. Во втором - домовой жалуется: "меня так выпороли, так выпороли!.." В третьем томе тетушка уже довльно пространно разглагольствует о пользе телесных наказаний в исправительной школе. Всего томов будет семь, и можно надеяться, что к концу седьмого наряду с волшебной палочкой мы прочитаем про какую-нибудь "самолетающую розгу" или иной какой-нибудь специальный прибор для порки…
Впрочем, зачем же специальный? Вспомните описание метлы для полетов "Нимбус-2000":
"Все прутья на ней были ровно и аккуратно обрезаны…"

Форум нового Клуба